"Назад в ГСВГ"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "Назад в ГСВГ" » Cottbus. Котбус. » 74 ОУМСП,в\ч пп 81620.


74 ОУМСП,в\ч пп 81620.

Сообщений 221 страница 230 из 1000

221

Кстати, в отличие от Габбасова, наш взводный на огневой и тактической подготовке рассказывал очень много интересного, именно об умелом руководстве боем и сразу чувствовалась хорошая теоретическая база. Я это по-настоящему оценил много позже. Вот думаю, этот офицер в военной карьере преуспел. Дай Бог, если так...

222

Если Габбасов приходил на отбой, а это было часто, то разыгрывался такой спектакль... Сначала по делу, а все были уже чуть живыми от прожитого учебного дня, кто - то засыпал прямо в строю, кто-то втихаря расстегивал брючный ремень, кто - то делал что- то еще, чтобы побыстрее отбиться... Когда наступало время отбоя он доставал спички и говорил - эта спичка горит 45 сек. за это время вы все должны быть раздетыми под одеялом... кто не успеет - я поднимаю ком. отделения, зам.ком.взвода, комсорга,старшину роты и мы все вместе начинаем его укладывать... Зажигал спичку, команда ОТБОЙ и КТО НЕ СПРЯТАЛСЯ Я НЕ ВИНОВАТ!!!

223

Гонвед написал(а):

чувствовалась хорошая теоретическая база.

Теория и практика - это не одно и то же.

224

А.Сергей написал(а)

Теория и практика - это не одно и то же.

Втом-то и дело. За рассуждениями Габбасова не чувствовалось необходимых теоретических знаний. Он все время опирался на свой практический опыт, а это - уровень младшего командира.
Ну, а фокус со спичкой многократно демонстрировали наши сержанты. Мы засекали, спичка редко когда горела больше 30-и секунд.

225

Гонвед написал(а):

фокус со спичкой многократно демонстрировали наши сержанты. Мы засекали, спичка редко когда горела больше 30-и секунд

Дело не в спичке и не важно сколько она горит, важно было успеть и как потом укладывали того кто не успел...

226

Читаю про Габбасова...
Блин, ну ведь так похож по описанию на одного из командиров того же УМСП, но в Крамнице в 1988 году летом... Вроде и фамилия та же. Наверное, не он... Но а о внешности - тоже не шибко упитанный был, с усиками, резкий такой, кавказец, кажется.
Нет - точно не он. не мог же он быть уже в 1988 ст. лейтенантом или капитаном? Гонял курсантов жестко. Его резкость и жесткость тем объясняли, что он командуя учебной ротой хотел звание майора поскорее получить.

227

Привет, друзья!
Надеюсь, таковым  признаете, хотя я из тех, кто являлся в этой учебке основным мучителем  -  ком. отделения, эпизодически зам. ком. взвода, хотя долго на этой должности не задерживался из-за чрезмерной самостоятельности.
Каждый очередной новичок-взводный сначала хватался, как обычно, за сильного сержанта для “поддержки штанов”, а по мере становления не всем нравится, когда рядом кто-то сильно ”отсвечивает’’.
Тем не менее, сделал три выпуска -  два летних и один зимний, “отбарабанив” в этом полку  два года с ноября 1969 по ноябрь 1971.
Служил в 9-й УМСР (81620-И). Кстати, кто забыл, № буквы в алфавите соответствовал
№ роты. 1-я –А ,  2-я –Б   и т.д.

Служба, конечно, каторжная. Все, кого прочитал, с этим согласны. Тяжелой она была для
курсантов, но для мл. ком. состава -  вдвойне. Вся учеба- личным примером- ”делай как я”.
Кроме того, к любому занятию еще надо подготовиться, - как минимум, план- конспект
написать. Когда это делать – никого не интересовало. А распорядок дня был очень плотный – буквально чихнуть некогда. Не знаю, как позже, а в те годы курсантов в роли                     
денщиков не использовали, в любом звании и на любом году службы.

  Ком. полка в эти годы был п-к Каленский.  Н.Ш.  м-р Лобов.
Первым ротным был к-н Соколов,- здоровенный дядя около двух метров ростом,- позже ушел от нас в комбаты нашего же 3-го б-на. Весьма достойный во всех отношениях мужик. Пользовался в полку огромным уважением.
После него был  к-н Макаров, офицер, как помнится, с опытом боев на о. Даманский. Так же оставил о себе хорошие воспоминания.
Зато после его сменилО ”золото” в виде ст. л-та Гаврилова – даже вспоминать тошно.         
Соседней – 8-й ротой все время, что помню, командовал  к-н Пьецух, неоднократно упоминаемый на этом форуме, образцовый, кстати, офицер из тех кто ”родился в погонах”. Просто у курсантов о нем остались ”теплые” воспоминания из-за того что он не брезговал сержантской работой. Очень часто присутствовал на подъеме, гонял роту на физзарядке, даже, насколько помню, в столовую водил. Ничего сверх нормативов он ни от кого не требовал.
  Наилучшую память о себе оставил мой первый взводный л-т Смирнов Виктор Николаевич. Он меня, в общем, и уговорил остаться после выпуска во взводе ком. отделения, хотя я  должен был быть направлен в Перлеберг в 21-ю дивизию. После моего первого выпуска он  ушел куда-то с повышением.
С курсантского времени запомнились сержанты Мохов, Петров, с-на Чуцков.
Ком. отд. был  мл. с-нт Трощинский – первогодок. С такими курсантам было наиболее тяжело. Они обычно стараются, не сказал бы ”выслужиться”, но, как минимум, самоутвердиться, а опыта еще мало. Как говорится ”Стой там, иди сюда, какого х.. шевелишься!” В этом плане курсантам с командирами постарше было значительно легче.
Эти сержанты и к курсантам относились человечнее, и не всякие дурацкие команды сверху торопились выполнять, да и в нарядах их отделениям доставалась работа полегче.

     Первые  три батальона в полку (с 1-й по 9-ю роты) готовили сержантов – мотострелков.
Наш (3-й ) изучал из техники БТР-60ПБ, 2-й - уже точно не помню, в 1-м еще были
БТР-152. В конце моей службы к ним начали поступать шибко секретные на тот момент
БМП-1.
10-:-12 роты готовили более ” узких специалистов, какие-то две из них – водителей,
13 и 14 роты готовили разведчиков . У них из матчасти были тяжелые мотоциклы БРДМ-1,  и БРДМ-2. В каких-то ротах еще были гусеничные БТР-50, но где - уже не помню.

В полку были еще штаб, офицерское общежитие, учебный корпус, две РБО, авторота, две столовых, клуб, склады (ГСМ, арт. вооружения, вещевые, продовольственные),  кочегарка, боксы для учебно-боевых машин, тир, караульный городок с гауптвахтой, спортплощадки, стадион, свинарник и пр. ЧМО – кто там служил, не обижайтесь – так в то время строевики называли Части Материального Обеспечения. Полоса препятствий и огневой городок располагались за КПП-2 (между забором и автобаном) – насколько помню.

Как правило, одну неделю в месяц батальон находился в Штакове. Возили туда иногда    машинами автороты, а чаще с ж/д вокзала поездом. Один батальон приезжает – другой сдает ему казармы, полигон, посты вокруг него, столовую и пр. хозяйство. На полигоне, правда, была своя команда, обслуживающая его оборудование, но охрана была за нами.
Нач. караула в Штакове назначались из сержантов (В Котбусе - из офицеров-взводных).
Стреляли  из АКМ, РПК, ПК и ПКТ очень много. В боеприпасах не ограничивали (лимитировались только боевые ручные гранаты и выстрелы ПГ-7В).
  Обычно уже на 4-м месяце учебы даже самые бестолковые курсанты начинали стрелять вполне прилично. Так что на дневных стрельбах уже часам к 12 от мишенной обстановки полигона и огрызков фанеры на подъемниках не оставалось. Но поскольку в 14 часов полагалось сдать старшине пустые ящики из-под патронов, то было уже не до выполнения  условий упражнения курса стрельб и приходилось полвзвода задействовать на отработку норматива №1 (снаряжение магазина), а остальным разрешалось просто выжигать патроны, куда кому хочется, лишь бы не в тыл. После обеда – подготовка к ночным стрельбам и, как начинает темнеть, - снова на направления. Ночная стрельба зимой обычно до 23-х, а летом до 2-х часов. И так всю неделю! Поскольку направлений на все взвода батальона не хватало, в тылах и окрестностях полигона проводили занятия по тактике, ОМП, маршевой подготовке - 30км с полной выкладкой  –”чтобы служба медом не казалась”. На чистку оружия времени там не оставалось, заливали маслом, чтобы меньше нагар приставал, оставляя  это мероприятие до возвращения в Котбус. Если возвращались поездом, то с вокзала через весь город ”шлепали” пешком, развлекая “камрадов” рваными штанами. За неделю полигона основательно доставалось и обмундированию и оружию.   Весь следующий день обычно давали на стирку, чистку оружия,  ремонт обмундирования, обуви и т.д.

Тактическое поле и автодром находились в р-не Гросс-Гаглов, от части где-то в  5-7 км – добирались туда пешим порядком – через мост над автобаном. Первоначальные водительские навыки давали на ”сороковушках” (БТР-40), а уже после этого – на штатной матчасти роты. Но, в общем, вождения было не много – ночного особенно. Зато тактики было в избытке – набегали там ”противник справа, противник слева” и  “перебежками на рубеж леса темного”  не одну сотню километров. Да и земли перерыли немеренно. Одно спасало – почва там песчаная.
  В полку в основном проводились теоретические занятия по огневой, уставам, связи, топографии, физо, строевой, тех. подготовке ну и политической (куда же без нее…). Большую часть учебного времени проводили все же в поле хоть зимой, хоть летом. Отдыхом были политзанятия: пока замполит бухтит,  как “советские корабли под  мудрым руководством партии …”, личный состав погружен в глубокую задумчивость с легким храпом. Но нашем брату и этого мало и для того, чтобы замполит перенес занятия на травку под кустиками во дворе, додумались припудрить пол в классе порошком из ЯДГ. Применялись эти гранаты для выявления  шибко мудрых курсантов, облегчающих себе пребывание в противогазах блокировкой клапана вдоха в коробке. Бросаешь ее на пути бегущего в противогазах взвода и мудрецы буквально вываливаются из строя со всеми признаками поражения (слезы, сопли и кашель до рвоты) -  и помощники на ночь дневальным назначены. Так вот, после того, как номер порошком раз-другой прошел, последовал ответный ход в виде политзанятий в том же классе в противогазах и в сочетании с легкими физическими упражнениями.
Кстати редкими нарядами вне очереди дисциплинарная практика обычно и ограничивалась, т.к. любые другие наказания при нашем режиме учебы выглядели поощрением.
Никаких особых издевательств над курсантами за все время службы в этом полку припомнить не могу. Издевательством был дикий по плотности и насыщенности  тяжелыми занятиями распорядок дня. . Но он был не нами установлен, а до бога, как говорится, высоко… .  А с другой стороны, вытащить средне - статистического призывника до требуемого уровня нормативов за отпущенное время по-другому было и невозможно. Более того, некоторые темы и так изучались крайне поверхностно. Так, например, очень мало стреляли  из СВД.  КПВТ тоже только заряжали-разряжали.

Не стреляли так же с применением ночных прицелов (НСП-3), а в ротах они были, как и автоматы и пулеметы с планками для их крепления. Ночью применяли только светящиеся насадки, но помню, что их качество было отвратительным – требовали очень частой подсветки, да и стрельба с ними возможна только по вспышкам выстрелов. Ну, о дурацкой секретности с практическим применением топографических карт и  радиосвязи в учебных целях даже вспоминать не хочется (“На пальцах” этому не научишь, а в бою поздно учиться, да, впрочем, на эти грабли наша армия всю свою историю наступала).

   ”Дедовщины” в современном понимании этого слова не было и в помине. Все курсанты одного призыва, а у сержантов своих проблем хватало – надо было и спортивную форму до последнего дня службы поддерживать и выглядеть образцово, и в чисто профессиональном плане на молодых офицеров свысока поглядывать. Не случайно в одну из последних недель службы нас добровольно – принудительно ”уговаривали” сдать зачеты по программе курсов мл. лейтенантов. Проявлениями ”дедовщины” можно было считать то, что в тот день, когда рота была дежурным подразделением можно было либо выхватить своему отделению работу полегче, либо раздать своих курсантов на усиление другим, а самому ”уйти в туман” с глаз начальства. Можно было позволить себе с другими ”стариками” роты пройтись на ужин вне строя или вообще на него не пойти  (чаще всего).
Можно было так же, пользуясь знакомством с дежурным по столовой (ими, как правило, назначались старослужащие сержанты), подойти на раздачу, чтобы тот распорядился ”подкинуть” на стол своим вечно голодным курсантам доп. паек в виде бачка  с ”мослами”,  кашей или сухофруктами из компота, что поднимало авторитет ”своего” сержанта на недосягаемую высоту.
Вообще-то питание в полку было очень даже неплохим – за этим очень строго следило командование части в лице свирепого зам. по тылу -  майора. Жаль фамилия в памяти не сохранилась, дай Бог ему здоровья! Перед каждым заступлением в наряд по кухне все причастные к нему сержанты сдавали ему зачет по знанию своих обязанностей и получали инструктаж с такой ”накруткой”, что не исполнить что-либо было нереально, да и контроль исполнения он не упускал. Все положенное до курсанта доходило в полном объеме, просто учебный процесс был очень энергозатратным и первые  месяцы курсанты все время чувствовали себя голодными. Со временем втягивались и эта проблема отпадала.
  Но как бы, там, ни было, армия в то время в ГСВГ, во всяком случае, была настоящая!
Многое еще можно вспомнить, но все, же 40 лет прошло, да случались в последующей жизни периоды и более ”экстремальные”, как бы не соврать, что-нибудь. Нашел штук несколько фоток этого периода – при случае сброшу.
                        3-го взвода, 9-й УМСР, 74-го ОУМСП  ст. с-нт Лелюк (Виктор).

228

Здравия желаем, товарищ старший сержант!
Не, правда, само вырвалось, после такого текста. Вот что значит - сержантская  закваска котбуской учебки! Уверен, сейчас спроси, без запинки отчеканите статьи любого устава или наставления по боевой стрельбе. А вообще, спасибо за такой подробный рассказ, после него ощущение, что проснулся по команде: "Подъем!" и хочется схватить свои сапоги. Словно фильм о юности посмотрел. Преклоняюсь перед Вашей памятью, у самого в голове не сохранилось и десятой доли этих подробностей, но по ходу рассказа, вспоминалось ВСЕ.

229

сержант-1 написал(а):

Привет, друзья!
Надеюсь, таковым  признаете, хотя я из тех, кто являлся в этой учебке основным мучителем  -  ком. отделения,

Вот и будем общаться в дружеской обстановке.Мы все на форуме однополчане,а не сержанты, рядовые и генералы, на сайте все имеющие отношение к ГСВГ. Общение без хамства и оскорблений, у каждого были свои обязанности и он их исполнял как мог.Приветствуем на форуме и сайте!!!Больше рассказов и фото с подробными комментариями.Успехов!

230

Уважаемые однополчане! Обращаюсь к Вам так, потому что, хотя и не служил в Коттбусе, но, тем не менее, 6 лет и 3 месяца (с мая 1984 по июль 1990г.г.) отдал службе в 74 ОУМСП в/ч п.п. 81620  :flag:  05.1984-06.1985 - КВ в 7 УМСР (п-ка ком.отделений мотострелковых подразделений на БТР), 06.1985-11.1986 - КВ в 6 УМСР (п-ка мех.-водителей БМП-1), 11.1986-08.1987 - КВ в 4 УМСР (п-ка мех.-водителей БМП-1), 09.1987- и до замены в Союз 01.08.1990 - командир 5 УМСР (п-ка наводчиков-операторов БМП-1 и мех.-водителей БМП-1).
С интересом прочитал все страницы, Ваши воспоминания и обсуждения, посвящённые 74 УМСП в Коттбусе, встретил несколько знакомых имён (об этом ниже), но есть один интересный вопрос по истории полка. Если мне не изменяет память, то во всех полковых ленкомнатах на стендах, посвящённых истории части, было написано, что "полк (первоначальная нумерация - 30 ОУМСП) был сформирован в 1965г. в районе н.п. Гранзее округ Нойбранденбург (55 км севернее Берлина), впоследствии был передислоцирован в Коттбус. Кстати, фото знамени полка, хранящемся в Музее Вооружённых Сил, Вы можете посмотреть на этом же сайте на форуме Крампниц-Потсдам/81620, на нём надпись "30 ОУМСП". Так вот вопрос - когда изменилась нумерация полка и когда полк перебросили из Гранзее в Коттбус? Нигде в Инете я не нашёл информации. Заранее благодарен, гв.полковник запаса Андрей Тарасов.


Вы здесь » "Назад в ГСВГ" » Cottbus. Котбус. » 74 ОУМСП,в\ч пп 81620.