"Назад в ГСВГ"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "Назад в ГСВГ" » История наших частей » 82 МСД (210, 250 и 601 МСП), с 1942года - 3 гв. МСД в боях Халхин-гола


82 МСД (210, 250 и 601 МСП), с 1942года - 3 гв. МСД в боях Халхин-гола

Сообщений 101 страница 104 из 104

101

https://cyberleninka.ru/article/n/voenn … ola/viewer
Японские исследования 2018, 1
DOI: 10.24411/2500-2872-2018-10004
Е.Л. Катасонова
Военнопленные Халхин-Гола
С 56
поверить, что власти поощряют японцев сдаваться в плен. Поэтому в ответ на запрос нашего Министерства иностранных дел относительно действия Женевской конвенции Военное министерство заявило, что хотя оно не может объявить о полном согласии с его принципами, но и не возражает против их применения с необходимыми оговорками. В январе 1942 года министр иностранных дел объявил через посольства Швейцарии и Аргентины, что Япония будет следовать Женевской конвенции с изменениями» [5, с. 536].
Что эти слова означали на практике – свидетельствуют воспоминания К. Симонова, который был шокирован картиной, увиденной при обмене пленными Халхин-Гола. Он красочно описал, как японские санитары поспешно надевали на головы своих освобождённых из плена соотечественников бумажные колпаки, чтобы тем было не стыдно смотреть в лицо офицерам и солдатам императорской армии [6]. А по возвращении на родину многих из них ждал военный трибунал и казнь. Похожая судьба была уготована
в СССР и красноармейцам, прошедшим через японский плен.
Возможно, в силу подобного рода исторических обстоятельств специальных исследований по теме военного плена в СССР и Японии не проводилось. А современные российские авторы в своих работах о событиях на Халхин-Голе ограничиваются лишь констатацией факта, что после окончания военных действий был произведён обмен пленными. В ряде изданий сообщается, что передача пленных происходила дважды, и число переданных Японии военнопленных 27 апреля 1939 г. составило 88 человек, и 116 человек были возвращены японской стороне 27 апреля 1940 г. При этом подчёркивается, что обмен производился по распоряжению народного комиссара обороны СССР маршала Ворошилова, из расчета «один за один» [7, с. 9]. Но поскольку советских бойцов в плен попало всего 88 человек, то 116 японцев были возвращены в одностороннем порядке.
Правда, встречаются и другие цифры, порой без ссылок на источники. Например, доктор исторических наук К.Е. Черевко в своей книге «Серп и молот против самурайского меча» указывает на то, что потери РККА пленными «по предварительным официальным советским сведениям, составили 216 человек» [8, с. 95]. Другой же японовед-историк, А.А. Кириченко, уточняет, что «в ходе боёв на Халхин-Голе было захвачено 227 японских
и маньчжурских военнослужащих. Из них 6 умерли в плену от ран, 3 отказались возвращаться в Японию, остальные переданы японской стороне» [9, с. 92, 96]. Попутно замечу, что изучая материалы, связанные с войной на Халхин-Голе, находящиеся в открытом доступе РГВА, мне с группой японских исследователей удалось установить фамилии лишь немногим более 120 японцев, взятых в плен Красной армией. Однако даже эти скудные
сведения порой сопровождаются досадными ошибками. Так, в качестве курьёза можно упомянуть о заявлении исследователя А.Б. Широкорада, который утверждает, что «27 сентября 1939 г. Советский Союз выдал Японии 88 пленных, 27 апреля 1940 г. японцы СССР вернули 116 человек» [10, с. 543].
В силу подобного рода противоречивой информации до недавнего времени наиболее аргументированными и достоверными считались данные, представленные в исследовании авторитетного американского историка Элвина Кукса «Номонхан: Япония против России» (Alvin D.Coox. Nomonhan: Japan Against Russia), впервые изданной в 1985 г. Согласно собранным им сведениям, основанным на японских архивных документах и интервью
с очевидцами, число переданных советских военнопленных составило 89 человек (87 – в 1939 г.,

102

https://cyberleninka.ru/article/n/voenn … ola/viewer
Японские исследования 2018, 1
DOI: 10.24411/2500-2872-2018-10004
Е.Л. Катасонова
Военнопленные Халхин-Гола
С 57
и 2 – в 1940 г.), а японских было возвращено 204 человека (88 – в 1939 г., и 116 – в 1940 г.), в том числе 160 японских и 44 маньчжурских солдат и офицеров [11, с. 121].
Эти данные подтверждаются и российскими архивными документами, согласно которым на конец 1939 г. на территории СССР находилось 117  подданных Японии, которые были размещены в Читинской тюрьме [12]. «Из них, по сообщению начальника УНКВД по Читинской области капитана госбезопасности Портного, – 107 человек были приняты в конце сентября 1939 г. от штаба фронтовой группы [13]. Среди этих 107 человек, как
указывалось в донесении начальника 1-го отдела Управления НКВД по делам военнопленных Тишкова, есть 13 офицеров во главе с капитаном Като, которые именуют себя “комиссией по уточнению границ”. Взяты они были как нарушители границы, а официально числятся “перебежчиками”. Като заявляет, что они заблудились и нарушили границу “случайно”». 10 человек офицеров и унтер-офицеров прибыли в Читинскую тюрьму
из Бутырской тюрьмы в ноябре по указанию СО ГУГБ НКВД СССР как направленные в распоряжение товарища Штерна. Никаких указаний об их дальнейшем направлении УНКВД по Читинской области от штаба Забайкальского военного округа до сих пор не имеет. Личные дела имеются только на 10 военнопленных, прибывших из Бутырской тюрьмы. На остальных военнопленных в тюремном отделе УНКВД имеются списки. В настоящее время
началось заполнение опросных листов и заводятся личные дела, – говорится в документе [13].
Следует пояснить, что приёмом японских пленных и организацией их содержания занимался Народный комиссариат внутренних дел во главе с Л.П. Берия. Показательно, что ещё в разгар военных действий на Халхин-Голе советское руководство прогнозировало, что у нас в плену может оказаться до нескольких тысяч человек. В связи с этим ГУЛАГом НКВД СССР в г. Нижнеудинске Иркутской области был развёрнут специальный лагерь,
рассчитанный на прием до 2 тыс. японских солдат и офицеров, о чём свидетельствует справка НКВД СССР о японских военнопленных, захваченных в период боёв на монгольской территории, датированная 3 марта 1940 г. [13]. В ней, в частности, говорится: «В период событий на Халхин-Голе Моботделом НКВД было предложено ГУЛАГу НКВД подготовить лагерь к приему военнопленных японцев» [13]. Это был первый советский
лагерь, предназначенный для иностранцев. Однако в те годы он так и не был задействован по своему прямому назначению в силу малочисленного состава оказавшихся в советском плену японских военнослужащих, что делало его эксплуатацию крайне нерентабельной. В связи с этим в соответствии с шифротелеграммой Наркома внутренних дел Л.П. Берия № 801 от 30.10.1939 г. японские военнопленные были переведены в отдельной корпус Читинской тюрьмы, куда впоследствии поступили и 10 офицеров, возвращённые из Бутырской тюрьмы г. Москвы.
Трудно утверждать конкретно, где и когда это произошло, но мне неоднократно  довелось слышать рассказ о том, как японские военнопленные, оказавшиеся в советских лагерях после окончания Второй мировой войны, встречали там своих соотечественников,
отбывавших у нас наказание со времен халхин-гольских событий.
Вот, пожалуй, только этими документальными свидетельствами о судьбе японских военнопленных мы располагаем на настоящий момент, за исключением отдельных эпизодов из художественной и мемориальной литературы. Об этом, в частности, писал и Маршал Советского Союза Г.К. Жуков в своей книге «Воспоминания и размышления» в 2-х томах

103

https://cyberleninka.ru/article/n/voenn … ola/viewer
Японские исследования 2018, 1
DOI: 10.24411/2500-2872-2018-10004
Е.Л. Катасонова
Военнопленные Халхин-Гола
С 58
(М.: Олма-Пресс, 2002). Попутно заметим, что эта тематика была затронута в статье И.В. Сеченова «Узники войны. Судьбы военнопленных Халхин-Гола» (2009) – командира поискового отряда «Байкальский следопыт», на протяжении многих лет работающего на территории Монголии на месте боёв в районе реки Халхин-Гол.
О русских солдатах и офицерах, попавших в японский плен, недавно стало известно куда больше благодаря статье в книге Ю.М. Свойского «Военнопленные Халхин-Гола. История бойцов и командиров РККА, прошедших через японский плен». Автор, не будучи по своей основной профессии историком, но давно и серьёзно интересующийся событиями на Халхин-Голе, проделал огромную работу по выявлению архивных документов,
касающихся имен и судеб советских солдат, попавших в плен к японцам.
Как указывается, в частности, в приведённом в книге Докладе народному комиссару обороны К.Е. Ворошилову, датированному 22 октября 1939 г.: «При обмене пленными после боёв в районе реки Халхин-Гол японцы возвратили наших 77 человек. Среди них: рядовых – 57, младших командиров – 12, средних – 7, старших – 1. Политсостава в плену не было… Проведённым опросом установлено, что при пленении оказывали сопротивление 9 человек. Не смогли сопротивляться вследствие ранений 12 человек. Не имели при себе оружия 3 человека. Внезапно были схвачены японцами 10 человек. Сдались в плен добровольно с оружием в руках – 43 человека» [14, с. 226]. Однако автор корректирует это донесение, приведя в качестве документального доказательства и другие материалы, на основе которых он делает вывод о том, что во время боёв на Халхин-Голе в японский плен попали в общей сложности 97 советских воинов, из них: 82 человека были возвращены на родину по обмену пленными в сентябре 1939 года, 11 были убиты японцами, 4 отказались возвращаться на родину. Из числа возвращённых Советскому Союзу военнопленных 38 человек были преданы
суду военного трибунала по обвинению в добровольной сдаче в плен или в сотрудничестве с японцами в плену [14, с. 44].
В книге можно отыскать биографические сведения на многих советских военнослужащих, оказавшихся в японском плену, подробное описание обстоятельств их сдачи в плен на основе написанных ими собственноручно объяснительных показаний, а главное – рассказ об их дальнейшей судьбе уже по возвращению на родину, где, как правило, ждало обвинение в измене родине и судебное преследование.
И, тем не менее, изученный Ю.М. Свойским комплекс документов нельзя назвать полным. Так, например, не удалось выявить часть приговоров военного трибунала (на 4 человек из 38 преданных суду), не найден первый список военнопленных, составленный непосредственно в процессе обмена 27 сентября 1939 г., а также ряд важных документов, определивших порядок обращения с военнопленными, в том числе Наркомата обороны и Политуправления РККА за сентябрь–октябрь 1939 г. и т.д. Неполнота комплекта документов оставляет открытым ряд вопросов, таких, как выверенные данные о численности советских военнопленных, оказавшихся в японском плену, в том числе попавших в плен ранеными, умерших в плену, демобилизованных после возвращения из плена вследствие ранений. Также остаётся недостаточно полно изученным вопрос о судьбе попавших в плен
монгольских цириков и другие.
Однако благодаря большой поисковой работе Ю.М. Свойского и введению им в научный оборот массивного комплекта новых документов о событиях на Халхин-Голе мы имеем достаточно полное представление о пребывании советских военнопленных в японском плену

104

https://cyberleninka.ru/article/n/voenn … ola/viewer
Японские исследования 2018, 1
DOI: 10.24411/2500-2872-2018-10004
Е.Л. Катасонова
Военнопленные Халхин-Гола
С 59
и их дальнейшей судьбе на родине. Тем не менее, работа по выявлению новых архивных документов продолжается. И параллельно действуют поисковые отряды добровольцев из Иркутска и Улан-Удэ, которые регулярно выезжают в Республику Монголия на поля былых сражений и занимаются поиском и опознанием останков советских солдат и офицеров, погибших на полях Монголии.
Библиографический список
1. Красноярский рабочий. 16.07.1939.
2. Шацилло В.К. Япония и японцы глазами русских военнопленных. 1904–1905 гг. // Опыт мировых войн в истории России. Челябинск, 2007. URL:
http:www.bookssite.ru/verechgin/6_58.html (дата обращения: 13.02.2018).
3. Лист Ф. Международное право в системном изложении. Юрьев, 1909.
4. Военнопленные в СССР. 1939–1956. Документы и материалы. Волгоград, 2000. С. 1016.
5. Смирнов Л Н., Зайцев Е.Б. Суд в Токио. М., 1984.
6. «Самый храбрый»: печальная участь японских военнопленных, вернувшихся домой из советского плена. URL: http://amdn.news/samyi-khrabryi-piechal … gho-pliena (дата обращения: 13.02.2018).
7. Вооруженный конфликт в районе реки Халхин-Гол. Май – сентябрь 1939. Документы и материалы. М., 2014.
8. Черевко К.Е. Серп и молот против самурайского меча. М.: Вече, 2003.
9. Кириченко А.А. Потери Японии в сражениях на Халхин-Голе // Халхин-Гол: взгляд из ХХI века. М., 2013.
10. Широкорад А.Б. Русско-японские войны 1904–1945 гг. Минск: Хервест, 2003.
11. Сoox, Alvin D. Nomonhan. Japan Against Russia. Stanford, California: Stanford University Press, 1990.
12. Карасев С.В. Японские военнопленные // Энциклопедия Забайкалья. URL: http://ez.chita.ru/encycl/person/?id=5355 (дата обращения: 13.02.2018).
13. Мошанский И. Бои в районе реки Халхин-Гол 11 мая – 16 сентября 1939 года. URL: http://modernlib.ru/books/moschanskiy_i … _sentyabry a_1939_goda/ (дата обращения: 13.02.2018).
14. Свойский Ю.М. Военнопленные Халхин-Гола. История бойцов и командиров РККА, прошедших через японских плен. М., 2014.
Поступила в редакцию 13.02.2018
Received 13.02.2018
Автор:
Катасонова Елена Леонидовна, доктор исторических наук, руководитель Центра
японских исследований Института востоковедения РАН. E-mail: katasonova@rambler.ru
Author: Katasonova Elena L., Doctor of Sciences (History), Center of Japanese Studies, Head, Institute of Oriental Studies of the Russian Academy of Sciences. E-mail: katasonova@rambler.ru


Вы здесь » "Назад в ГСВГ" » История наших частей » 82 МСД (210, 250 и 601 МСП), с 1942года - 3 гв. МСД в боях Халхин-гола